Во второй половине вторника Тина смотрела генеральную репетицию «Магии» с кресла в центре зрительного зала «Золотой пирамиды».

Над залом высоко поднимался купол потолка. Сам зал состоял из широких и узких ярусов, спускавшихся к сцене. На широких стояли длинные столы под белой скатертью. Купившие билеты на эти ярусы могли одновременно обедать и смотреть представление. По каждому узкому тянулся проход в три фута, с низким ограждением с одной стороны и удобными бархатными креслами с другой. Со всех кресел открывался прекрасный вид на огромную сцену, площадью как минимум в полтора раза превосходившую самую большую сцену Бродвея. На сцене таких размеров даже воздушный лайнер «ДС-9» не показался бы таким уж гигантским: половина сцены осталась бы свободной. Собственно, несколькими годами раньше в одном из отелей Рено такой самолет и впрямь выкатывали на сцену. Но благодаря удачному использованию синего бархата, темной кожи, хрустальных люстр, густого синего ковра, не говоря уже о виртуозной работе осветителей, несмотря на колоссальные размеры, создавалась полная иллюзия, что это сцена уютного кабаре.

Тина сидела в одном из кресел третьего яруса, нервно пила воду со льдом, наблюдая, как один номер поставленного ею шоу сменяется другим.

Генеральная репетиция удалась на славу. Сорок две танцовщицы, сорок два танцора, пятнадцать манекенщиц, два солиста-певца, две солистки-певицы (одна с жутким характером), сорок семь рабочих сцены и механиков, оркестр из двадцати музыкантов, один слон, один лев, две черные пантеры, шесть золотистых ретриверов, двенадцать голубей работали слаженно, как хорошо подогнанные детали и узлы сложного механизма.